Дядя Гриша совершил опрометчивый поступок, который зарекался совершать: влез не в свое дело. Ничего страшного, в общем-то, не случилось: он просто посоветовал одному импульсивному типу «не страдать мурнёй». Кто ж знал, что этот совет спасет кому-то жизнь! Если бы дядя Гриша мог предвидеть последствия, он бы, как обычно, молчал в тряпочку. Но он не промолчал, и молва о его прозорливости разнеслась по всему городку. С тех пор дядя Гриша получил в народе статус старца-мудреца и потерял покой. Через три дня после того случая у почтовых ящиков его перехватил сосед: — Дядь Гриш, дай совет! Катька меня разлюбила. К матери всё время мотается, молчит как рыба, а я ума не приложу, чё ей надо. Зарплату в дом приношу, налево не хожу, пью редко… — А мне-то что до тебя и до твоей Катьки? — нахмурился дядя Гриша, выуживая из ящика квитанцию. — Иди ты в баню. — Думаешь, поможет? — не унимался сосед. — Не поможет — иди лесом, — отрезал дядя Гриша. — И жену свою прихвати. Весь подъезд засадила сорняками — как в джунглях живем. Хотя обезьян у нас и до этого хватало. С этими словами он вышел на улицу, оставив соседа в глубокой задумчивости. В магазине, пока дядя Гриша стоял в очереди с пачкой чая, кассир загадочно ему улыбалась. — С какой стати? — буркнул он, заметив, что женщина пробивает его покупку за свой счет. — У меня сын вчера девушку привел. Говорит, жениться хочет, — заговорщицки понизила голос кассир. Интерес дяди Гриши был написан на его лице формы силикатного кирпича. — А она страшненькая, — продолжала женщина шепотом, — детки будут мучиться с такой наследственностью… Что мне делать? — В зеркало посмотреться, — не мог сдержать раздражение дядя Гриша. — Я тридцать лет как курить бросил, а теперь вас увидел и захотелось пачку сигарет покрепче. Пробейте одну. Кассир на мгновение застыла, потом вытерла навернувшуюся слезу: — А ведь вы правы... Жестоко, конечно, но правы! — Чего я? — опешил дядя Гриша. — Правы. Про меня ведь в ее возрасте тоже говорили, что дурнушка. А муж всё равно выбрал, и детишек мы замечательных родили. Что же это я на бедной девочке крест поставила? Прическу сменит, похудеет чуть-чуть, краситься научится — и хорошенькая будет. Спасибо вам, мудрейший человек! — просияла женщина и, словно в благодарность за откровение, пробила дяде Грише целый блок никотиновой отравы. — Тьфу, — сплюнул тот и без единого слова отправился в сторону своего гаража. К обеду к воротам его железной обители стали стекаться паломники со своими личными проблемами и тревожащими их вопросами. Дядя Гриша как раз произносил древнюю и сложную молитву автопроизводителю «Опель», пытаясь добраться до стартера, когда к нему в гараж с очередной дилеммой зашел сосед, которого дядя Гриша не заметил, будучи всецело поглощен ремонтом. — На работе не уважают, дядь Гриш. Я еще полгода назад всех предупредил, что в отпуск собираюсь за границу. Путевку начальству принес, а они все равно мне говорят, что не могут отпустить… — Да чтоб тебя к едрене фене! — ругался дядя Гриша, продираясь с ключом к заветной цели через множество преград. — И не говори, — подал снова голос сосед. — У них там, видите ли, косяк вышел, который надо срочно исправить… — Надеюсь, что у этих проклятых инженеров путь к ширинке пролегает так же! — взревел дядя Гриша, срывая жаростойкий экран со стартера. — Вот, дядь Гриш, ты прав! Это косяк инженеров — пусть они сами и исправляют. Почему рабочий должен страдать? — Всех бы их к стенке, и горячим глушителем по задницам пройтись! — прогремело из-под капота. — Твоя правда! Только путевка-то пропадает... В этот момент дядя Гриша уронил ключ, и тот затерялся в недрах двигателя. Тогда дядя Гриша перешел на более высокие частоты и более глубокомысленные выражения. Сосед даже отступил к воротам и периодически затыкал уши, не переставая восхищаться, как же этот мудрец радеет за его судьбу. — Так что мне делать-то? — робко спросил сосед, когда гнев пошел на спад. — Наплевать! — выдохнул дядя Гриша, обращаясь к несносному «опелю». — В тебя столько вкладывали, столько времени уделяли, денег потратили — а ты только нервы мотаешь! Он уже перешел в ту стадию, когда хочется бросить ремонт и пригрозить машине продажей на металлолом. Но, сделав последнюю отчаянную попытку, все-таки дотянулся до заветных болтов. — Так, по-твоему, я должен уволиться и устроиться по специальности, как родители советовали? — озарило соседа. — Диплом-то есть, хотя я уже ничего не помню... — Ну слава богу! Наконец-то попал! — ликующе воскликнул дядя Гриша, когда ключ наконец коснулся нужного узла. — Спасибо, спасибо большое! Я попробую! — закричал сосед. — Ты что тут делаешь?! — удивился дядя Гриша, выглянув из-за капота. — А ну, пошел прочь! — Согласен, не буду терять времени! — обрадовался сосед и выбежал из гаража. Закончив с ремонтом, дядя Гриша вышел на улицу и большой палкой разогнал еще троих назойливых попрошаек, пришедших испить из источника его мудрости. Но даже в этих побоях люди узрели для себя нечто важное и глубокое. Мужчина уже подумывал о накладных усах и смене адреса, если его не оставят в покое. По дороге домой к нему пристал заплаканный мальчик, громко жаловавшийся на сверстников, которые обижают его во дворе. — Это потому, что ты ушастый и похож на таракана, — бросил дядя Гриша, ускоряя шаг. Но мальчик, не отставая, бежал рядом. — Они тоже так говорят и не хотят со мной играть! Мама сказала, что вы мудрые советы даете! — Я бы тоже с тобой не играл. С таким прилипалой никто дружить не захочет. — То есть мне просто от них отстать? — просиял мальчик. — Правильно мыслишь. И от меня отстань. Дядю Гришу атаковали ежедневно. Люди приходили с разными вопросами: одни искали свое призвание, другие пытались забыть тех, кто их не любит, третьи просто не верили в себя. Дядя Гриша отвечал всем примерно одинаково. Путь, который он указывал, был тернист, далек и неживописен. Он грубил, хамил и делал всё, чтобы его оставили в покое. Но люди не оставляли — наоборот, они черпали в его резкости силы жить, видели в каждой колкости глубокий смысл и уходили окрыленными. Слава его росла стремительно. Как-то утром дядю Гришу разбудил звонок с неизвестного номера. — Алло, — гаркнул он, с трудом разлепив глаза. — Могу я услышать Григория Быкова? — У аппарата. — Меня зовут Илья, я руководитель «Капитал Цыган Эконом Дефолт Банка». Мы хотели бы предложить вам участие в формировании стратегии развития. Ваш совет может задать вектор всей компании. — Откуда у вас мой номер? — не поверил своим ушам дядя Гриша. — Наш ведущий специалист обращался к вам по ряду вопросов. Благодаря вашей консультации он в кратчайшие сроки поправил свое финансовое положение. — Где найти этого вашего сотрудника, чтобы доходчиво объяснить ему про законность разглашения чужих данных? — Он на больничном. После вашего офлайн-тренинга с кинетическим воздействием. Ходить пока не может. Сидеть — тоже. Если поможете нам, откроем вклад со стартовым капиталом и хорошей ставкой. — Серьезно? — удивился дядя Гриша. — Абсолютно. Мы молодой банк и приветствуем полезные инвестиции. — Ну хорошо, приезжайте к трем часам к моему гаражу. Я сейчас сбегаю березовых веток у дома наломаю — ими лучше всего финансовая грамотность прививается, особенно если в соленой воде вымочить. У лифта его встретил сосед с горящими глазами и протянутыми вперед потными ручонками. — Спасибо, дядь Гриш! Помог! От души спасибо! — Да иди ты в баню! — отмахнулся дядя Гриша от рукопожатия. — Сходил, дядь Гриш! Сходил! У меня, оказывается, всё это время ноги пахли. Поры забиты были, или еще что. Жена страдала, в кровать со мной не ложилась, а мне не говорила — стеснялась. Баня всё поправила! А еще цветы мы по твоему наказу купили — в подъезд, чтоб не сорняки. И тебе взяли, — сосед протянул горшок с каким-то тропическим людоедом. Дядя Гриша молча принял дар, занес в дом и закрыл дверь. Затем без единого слова направился к лифту, боясь нечаянно ляпнуть еще какой-нибудь «полезный» совет. Уже у магазина его окликнула незнакомка: — Мы три месяца водили сына к психологам — он не мог найти общий язык со сверстниками. А вы одной фразой всё решили. — Сына? Какого сына? — насторожился дядя Гриша, почти переходя на бег. — Вадика. Ушастенького. — А, этого… Сразу видна наследственность, — дядя Гриша краем глаза оценил размах ушей женщины. — И чем же я ему помог? — А он, вместо того чтобы пытаться подружиться, вытащил во двор свои авиамодели и начал собирать. Мальчишки сами подошли — заинтересовались. Так и обзавелся друзьями. — Отстаньте от меня! В магазине дядю Гришу уже ждал блок сигарет и целый набор чаёв. — Я бросил, — буркнул он, отодвигая сигареты. — Тогда хоть пряники к чаю возьмите, — протянула кассир упаковку. — Вы были правы: невестка и правда славная девчушка — добрая, смышленая, милая. Это мне, на самом деле, пора собой заняться. Запустила себя, а на других собственные комплексы вымещаю и проецирую душевные обиды. Спасибо вам! — Я вам эту психологическую чушь не навязывал, не придумывайте, — буркнул дядя Гриша, забирая покупки. — И не лезьте ко мне больше, — пригрозил он кулаком. В гаражах его уже встречали как национального героя. Каждый гражданин, пришедший за мудрым советом, считал своим долгом поблагодарить за колкую мудрость, душевное хамство или своевременный плевок в душу. Дядя Гриша хотел уже сходить за палкой, но тут увидел в руках у одного из нуждающихся красивый термос, у другого — пачку электродов, у третьего — пучок сушёной воблы и холодненькое пиво и остановился. Дядя Гриша не хотел всего этого. В жизни он не любил давать советы и уж тем более выслушивать чужие проблемы. Но если кому-то действительно помогает его подход, то кто он такой, чтобы отказывать людям в удовольствии? — Хоть ковчег строй, да всякую тварь на борт не пускай, — тяжело вздохнул дядя Гриша, окидывая взглядом ожидающую толпу. — Ладно, страдальцы-мазохисты, заходите по одному. Я сегодня как раз не в настроении. Мудрости хватит на всех. Но начнем мы с генеральной уборки подвала.